andresol | Иммиграционная петиция моего брата была одобрена

Сегодня мой брат получил письмо от USCIS с approval notice по его I-140 EB-1A петиции. А у меня появилось возможность добавить новый пост с тэгом green card.

Петицию он подавал по той же категории, что и я: EB-1A “aliens of extraordinary abilities”, только он указывал свои экстраординарные способности в математике и компьютерных науках. Эта категория позволяет запросить Premium Processing (ускоренное рассмотрение за 15 и меньше дней за дополнительные $1,225 к неизменившейся petition fee в $580), чем мы и воспользовались.

Отправили мы петицию 3 января UPS’ом. В Небраску она добралась в среду 7 января. В прошлые выходные я проверил на сайте, что 16 января она была одобрена, но письмо добиралось до нас 8 дней. Вероятно, его выслали только во вторник, потому что в понедельник в США был большой праздник (День Мартина Лютера Кинга-младшего), но хорошо, что почту и в субботу доставляют.

Теперь у нас есть почти все, чтобы подготовить следующую заявку на саму грин-карту. В понедельник брат идет на медосмотр. А его свидетельство о рождении мы перевели онлайн на сайте Rev.com - ты им pdf-файл свидетельства и $27, они через три часа прислали файл с сертифицированным переводом.

За основу своей петиции брат, конечно, взял мой документ, который я уже разослал всем желающим в более чем 30 копиях. Ему даже фамилию исправлять не надо было, и вся работа заняла пару дней. Но как истинный математик, он все делал в LaTeX, чтобы все ссылки на приложения (exhibits) и номера секций автоматически проставлялись. Если кому-то удобнее использовать темплат для петиции в таком формате, пишите на andreychemist@gmail.com, пришлю вариант брата.

Еще у нас с ним петиции отличаются одним из пунктов, по которому доказывается экстраординарность. Надо доказать свое соответствие минимум 3 из 10 пунктов, указанных в законе.

1) У нас обоих это соавторство академических статей. Брат выкинул все, что было на русском языке, не совсем по теме или в виде расширенного абстракта. И у него осталось 8 публикаций (4 первым автором). В силу специфики компьютерных наук, самые важные его публикации не в журналах, а на конференциях. На всякий случай мы нашли выдержку из статьи, проясняющую этот момент. А то в химии, например, тезисы конференций ничего не значат, и опубликовать их может любой дурак, заплативший оргвзнос.

2) Разумеется, научная работа моего брата имела significant impact (большой вклад) в своей области. Он участвовал в двух наиболее важных проектах по формальному доказательству математических теорем. Почему это круто, было подробно описано в приложенных письмах от профессоров, но так как чиновники любят числа, то мы сослались на 132 цитирования его публикаций более чем 50 научными группами из 12 стран мира. Числа были взяты из Google Scholar, откуда мы распечатали только общую страницу его профиля. Для кучи брат сослался и на свои работы по математическому моделированию биологических процессов, хотя для него это был побочный проект в аспирантуре: биологам больше грантов дают, чем математикам.

3) Мой брат указал и один сомнительный пункт, который указывал и я, - лидерская роль в организации с высокой репутацией. Сомнительный он с той точки зрения, что неясно, засчитывает ли его USCIS, если ты не директор института. С ноября мой брат официально уже не постдок, а research associate, но это все равно не высший руководящий уровень. Тем не менее указать мы этот пункт указали, подкрепив цитатами из писем. Хуже от этого не стало. Дополнительных вопросов у проверяющих не возникло.

4) Все-таки третим надежным пунктом у моего брата был его опыт рецензирования чужих работ. (Вместо международных наград, которые были у меня). Еще в конце аспирантуры, после публикации в PLOS One, ему стали присылать на рецензии статьи, а уже Dr. Solovyev’а просили дать оценку тезисов, присланных на конференции. В общей сложности примеров такого “judge the work of others in the field” набралось 9. Подтверждали мы их цитатами из рекомендательных писем и е-мейлами от редакторов, благодарящими брата за рецензирование манускрипта.

Рекомендательных писем у брата было шесть. И все от людей его хорошо знающих: трое были в его committee в аспирантуре + тот самый коллаборатор-биолог (тоже из Питтсбурга) + нынешний руководитель в Юте + инженер из Интела, с которым брат хоть никогда лично не встречался, но много общался по е-мейлу. Брат просил о письме еще одного специалиста по формальным методом из НАСА. Тот готов был написать письмо, но потом его дернул черт проконсультироваться с юридическим отделом, который замахал руками и запретил что-либо официально подписывать. Да, я слышал, что есть такая проблема с рекомендателями из национальных лабораторий. А руководитель брата во время его стажировки во Франции письмо написать согласился, но потом пропал и так ничего больше и не ответил после трехкратных напоминаний. Профессоров вообще имеет смысл пинать на этот счет, потому что сами они письма написать забывают, даже если им поставить дедлайн. К их чести математики-компьютерщики все писали сами. Брату пришлось сочинять письмо только для биолога.

Дополнительную выдающность подкрепили PhD дипломом, разными аспирантскими наградами и стипендиями. А вот СПбГУшный диплом специалиста прикладывать не стали. У нас даже нет его сертифицированного перевода на английский. CV, приглашения в постдоки и на выступление в Microsoft, обоснования важности формальных методов для государства и индустрии, рассказ брата о том, чем он собирается заняться, если получит грин-карту. Петиция распухла до 150 страниц (со всеми приложениями), но это стандарт, а не рекорд.

Брат переживал, что сидит во захолустном Университете Юты (который по Шанхайскому рейтингу 87-ой в мире и 47-ой в США - даже ниже Питтсбурга), а не в берклях-гарвардах. Но я уверял его, что достаточно работать в любом большом американском университете. И я оказался прав. У меня вообще существует подозрение, что хотя формально грин-карту не дают за одно только американское ПхД в науке, но его может оказаться достаточно для благоприятного решения по любой EB-1A петиции. Статьи будут, цитирования тоже. Проблема с “третьим пунктом”. Мне повезло иметь пару наград, попадающих под определение “международные или национальные”, но, например, рецензированием я не занимался до тех пор, пока не ушел из постдоков. А аспирантов вообще редко назначают официальными рецензентами. Но было бы интересно, чтобы кто-то с американским ПхД подал по EB-1A категории не столь убедительную петицию, как у моего брата, и я бы проверил свою теорию.

Ко мне часто поступали вопросы, как скрепить все документы. Описательную часть петиции скрепили стэплером. Если приложение состояло из нескольких страниц, его тоже скрепляли стэплером. Чеки прикрепили обыкновенными скрепками. Никаких нотариальных заверений документов не делали. Посылали только копии, никаких оригиналов. Внизу к пачке бумаги прикрепили 4 самоклеящиеся бумажки, указывающие, где начинается собственно петиция, где приложения. С тех пор как 2,5 года назад я подавал свою петицию, лишь незначительно изменилась форма I-140. Важно не забыть везде расписаться. Запихали все в желтый конверт (10x13 дюймов), а уже UPS’овцев попросили для надежности упаковать его в small box. Доставка за 2 дня из СЛС в Линкольн, Небраска обошлась в $25.

В общем, брат у меня, конечно, гениальный лентяй. Мог бы и раньше все подать и получить одобрение, но дождался до самого дедлайна по продленному OPT. Теперь к лету (или раньше) ждем для брата статуса постоянного резидента, и тогда мы сможем вместе штурмовать вершины рейтингов мобильных приложений.

UPD 07/04/2018: Я создал сайт, где любой желающий сможет скачать пример I-140 петиции по категории EB-1A или EB2-NIW в виде pdf файла. Там же я разместил краткое изложение моего собственного пути к грин-карте и ответы на наиболее распространенные вопросы о петиции: https://andreychemist.github.io/.