andresol

Во время нашего трёхнедельного путешествия в Прагу и Вену мы посетили 17 концертов. Я перечислю что, где и когда мы слушали, и выскажу краткие впечатления. Кому интересно именно «Кольцо нибелунга», ради которого мы ехали, смотрите пункты 6, 8, 12, 15:


( Читать дальше )

В эту субботу мы побывали на необычном концерте Pittsburgh Symphony Orchestra. Во-первых, он исполнялся не в знакомом нам Heinz Hall'е в Даунтауне Питтсбурга, а в Scottish Rite Cathedral в городке New Castle, PA в 50 милях к северо-западу от нас. Во-вторых, мы очень похожий концерт прослушали накануне в пятницу. Но рассказывать я буду в первую очередь не о музыке, а о типичном представителе пенсильванской провинции.


Планы съездить в какой-нибудь небольшой город неподалеку от Питтсбурга я вынашивал давно. Сесть на машину, автобус или поезд и оказаться в каком-нибудь Гринсбурге, обойти его за пару часов, посмотреть, как и чем живут американские люди, перекусить в местном ресторане и вернуться домой. Но хорошего повода для такой поездки не предоставлялось до недавнего времени.
( Читать дальше )

В эти выходные в Питтсбурге временно похолодало где-то до +6–10 ^oС, и все время моросил дождь. Со вторника вернется тепло и солнце, а вот в пятницу на очередной концерт PSO мы, так и быть, поехали на машине.

Концерт был составлен полностью из произведений Бетховена. Дирижировал, как и за неделю до этого, Манфред Хонек. Оказалось, что концертный зал Heinz Hall официально открылся ровно 40 лет назад, осенью 1971 года. Тогда первым сыгранным произведением была увертюра «Освящение дома». Бетховен написал ее по случаю открытия какого-то немецкого театра, и с тех пор стало традиционным играть ее в аналогичных случаях. Ну, и на сорокалетний юбилей именно этой увертюрой открыли бетховенский концерт.

Я всегда полагал, что здание Хайнц-Холла намного старше, хотя в США любят иногда строить под старину. Посмотрел в Wikipedia: да, построено в 1927 году, было кинотеатром, а в 1971 году подверглось реновации и открылось уже как концертный зал. Названо в честь местных кетчупных магнатов Хайнцов, в честь которых много чего в Питтсбурге названо.

Далее в первом отделении «Героическое» трио сыграло вместо с оркестром Тройной концерт Бетховена. Тройной, потому что солируют виолончель, скрипка и фортепиано. На меня они особого впечатления не произвели. К Бетховену я отношусь хорошо, стало быть дело не в музыке, а в исполнении. Как-то скучновато. Первый раз я был на концерте, когда солистов было больше одного. Потому мне было интересно, играют ли трио бисы. Оказалось, что играют и весьма охотно. Публика в Питтсбурге простодушная и хлопает всем примерно одинаково. На бис сыграли что-то из Астора Пьяццоллы.

Но на такие концерты в первую очередь ходишь ради большого главного произведения во втором отделении. Исполнили Третью симфонию Бетховена, тоже Героическую. Здесь мне уже больше понравилось. Хотя это не самая моя любимая бетховенская симфония, но приятных моментов в ней немало. В сон не тянет.

В октябре в PSO ничего интересного не предвидится. Можно занять пятничные вечера другими делами. Я подумываю о том, чтобы совершить второе и последнее в этом году путешествие на природу. Надо подгадать момент, когда листья станут желтыми и дождя не будет.

В Питтсбурге редкие оттепели и редкие заморозки со снегом сменяют друг друга на фоне в меру ясных дней при температуре 0–5 °С. А нам в пятницу пришло время идти на очередной концерт в PSO, составленный исключительно из произведений Бетховена. Несмотря или благодаря тому, что дирижировал Хонек, получился такой стандартный, дежурный концерт, чтобы поставить галочку и жить дальше.

Отличался тот вечер только тем, что PSO испытывал какие-то компьютерные проблемы. На входе не работали сканеры для билетов, и билетеры по старинке отрывали корешки (наверно, потом всю кучу отсканят). Еще не было программок, которые в США всегда бесплатные и содержат немало всякой сопутствующей информации. Вчера же слушателям раздавали сиротливые листы A4 с отксеренной программой вечера. Осталось загадкой, были ли все эти технические трудности взаимосвязаны.

Мы сидели по самому центру и издалека видели профессора Каррана с женой, которые сидели на тех же местах сбоку, где мы их месяц назад на моцартовском концерте встретили. На этот раз я уж не пошел здороваться и не знаю, заметил ли он нас.

Концерт начали с Шестой «Пасторальной» симфонии, наиболее спокойной среди бетховенских симфоний. Музыка звучит ровно и неторопливо, как размеренная деревенская жизнь. Но потом, начиная с конца второй части, картина становится интереснее: праздник, гроза (с шумными литаврами, разумеется) и возвращение к спокойствию после грозы.

Второе отделение включало Первый фортепианный концерт, написанный еще в восемнадцатом веке, в исполнении немца Ларса Вогта. Концерты Бетховена – это не большие и громкие романтические концерты. Тут еще очень много камерности. Даже рояль используется меньший по размерам, чем для того же Чайковского. Музыка приятная, но без особых эффектов. В памяти зацепилась только необычно продвинутая каденция (когда оркестр на пару минут замолкает, и пианист играет нечто виртуозное) в финале первой части. Изначально это должна быть импровизация, но большинство фортепианных концертов за историю исполнения обзавелось традиционными прописанными каденциями, часто сочиненными намного лет позже самого концерта. Всеобщего согласия на счет каденции в Первом Бетховена не существует. Может, в отсутствующей программке содержались комментарии по этому вопросу. В общем, сыграли концерт, и ладно. Обошлись без бисов.

Завершала вечер Третья увертюра «Леонора», одна из четырех, написанных Бетховеном во время работы над его единственной оперой «Фиделио». Оркестр по сравнению с фортепианным концертом чуть ли не в два раза увеличился. А центральную солирующую роль играла флейта, которая выводит многие важные мелодии. Потому Хонек отдельно на поклонах выделил флейтистку. И еще трубача, который в нужный момент трубил за сценой для создания соответствующего эффекта.

Теперь в нашем посещении PSO наступает перерыв на месяц. До начала апреля там ничего интересного не затевается. Еще раньше мы в Pittsburgh Opera на «Турандот» сходим.