andresol

1985–1991. Родился я, несомненно, ленинградцем. Wiktionary переводит это слово как “resident of Leningrad”, но словарь Merriam–Webster знает красивое слово Leningrader: для меня оно звучит как «тот, кто оценивает Ленина».

А вот с жителем СССР английский язык справляется лучше. Там слово Soviet может быть существительным (хотя и относится обычно к коммунистам, простых людей все равно называли Russians). В русском языке «советский» – только прилагательное. Поэтому приходится говорить «советский человек», откуда происходит Homo Soveticus. Но как иначе? Советчик, если есть антисоветчики? Совок? Это слово стало ругательным. Википедия пишет, что его придумал Михаил Эпштейн в книге «Великая Совь» (1984–1988). Я готов быть великосовом ;)
( Читать дальше )

В прошлом посту я упомянул, что во время поездки в ЛА я прочитал книгу Агаты Кристи The Mysterious Affair at Styles. Выбрал я ее из-за моего интереса к стрихнину, но оказалось, что это самый первый детективный роман Кристи, где впервые появляется Эркюль Пуаро. Опубликован он был в 1920 году и является одной из двух книг Агаты Кристи, которые перешли на территории США в общественное достояние.

Не знаю, многие ли из вас его читали. Спойлерить я не собираюсь, а хочу поговорить о чтении литературы на английском языке в целом. Несколько произведений Агаты Кристи я в детстве читал по-русски и знал, что она пишет очень интересно для меня – может, это не великая литература, но заставляет мозг постоянно работать (хотя, кто убийца, я так и не угадал; но этим “Загадочное происшествие” и нравится читателям).

Читал я на этот раз по-английски с айпада, в основном в самолете и в общественном транспорте, поэтому словаря и карты у меня под рукой не было. Я мог следить за сюжетом, не отвлекаясь на проверку незнакомых слов. А незнакомых слов в английской литературе мне до сих пор встречается немало. И мы говорим не о Шекспире и не о песнях современных рэперов, а о книге, написанной сто лет назад.
( Читать дальше )

Краткое содержание поста: Изложены мои аргументы в пользу того, чтобы химию в российских университетах учили на английском. Аргументы “за” очевидны. Аргументы “против” не так уж страшны. Практическое решение заключается в прослушивании лекций на хорошем английском онлайн.

***

В посте об изучении английского языка зашла речь в том числе о том, не пора ли изучать химию в российских университетах на английском языке. Я учил химию на русском - в школе, по книгам, участвуя в олимпиадах, в университете. И даже стажировка в Боулинг Грине у меня во многом получилась русскоязычной. Но уже в питтсбургской аспирантуре я учил продвинутую химию на английском и серьезную науку делал на английском.

Можно было бы изучить эту тему глубоко, почитать, что изменилось в России за прошедшие 8 лет, поспрашивать, как обстоят дела в других странах, но не такой уж важный это для меня вопрос сейчас. Так что пост “на поболтать”, исключительно на моем личном опыте и мнении относительно изучения химии и других научных дисциплин в российских классических университетах. Гуманитарщину трогать не буду. И допускаю, что химию в ветеринарных и лесотехнических академиях лучше преподавать на русском. Вопрос стоит о подготовке будущих ученых.
( Читать дальше )

Сложно, я бы не смог. Из $7308.18, заработанных нашими приложениями за август, на долю России пришлось только $304.74 (4.2%), если добавить все страны бывшего СССР, то сумма возрастет незначительно, до $394.55 (5.4%). Если бы я выпустил все те же приложения, но только на русском языке, то жить на эти доходы я бы не смог. Чтобы выйти на текущий уровень доходов мне понадобилось бы сделать в 20 раз больше приложений, а это работа на многие годы, даже учитывая, что без локализации на другие языки делать приложение раза в два быстрее.

Так как вопрос возник не на пустом месте, приведу еще несколько цифр. Андроидные приложения у нас зарабатывают исключительно на рекламе. В России за август они заработали $114.38 - довольно скромная сумма для почти 40 приложений. Но при этом 55% рекламных доходов пришлось всего на два самых популярных моих приложения - Флаги всех стран мира (iOS, Android) и Столицы всех стран мира (iOS, Android), которые в России могут подниматься в рейтингах отчасти за счет многочисленных отзывов и закачек в других странах. Убери этих два эппа, и доходы еще в два раза снизятся.
( Читать дальше )

Одним из самых важных факторов, определивших успех моих приложений, явился их перевод на 9 европейских языков. Англоязычные страны приносят от силы 40% общего дохода. Топ-5 по странам на сегодня: США 27.9%, Германия 10.9%, Россия 8.7%, Франция 6.5%, Швейцария 6.4%.

Если переведены название, ключевые слова, описание и скриншоты, резко возрастает вероятность нахождения приложения в магазине. Даже айфонизированная публика предпочитает искать (и использовать!) приложения на своем родном языке. Кто об этом знает, тот может найти свою нишу на конкурентном рынке.

Например, у меня есть приложение "Химические элементы" (iOS, Android). Если искать словосочетание "periodic table" в американском App Store, найдутся 240 приложений для iPhone. Мое - на 61-м месте. Не очень впечатляющий результат. Поверьте, даже гики не будут листать до 61-го эппа, если впереди полно хороших бесплатных таблиц элементов. Теперь ищем "периодическая таблица" в российском Эпп Сторе: 9 приложений всего. Мое - 3-е. (Для "периодическая система" - 2-е из 4). Шведский Store: periodiska systemet - 3-е из 4. В Швеции есть химики, и на третьем месте они мое приложение точно найдут. Соответственно в России приложение "Химические элементы" заработало 21% от всех своих доходов, в Швеции - 12%, в США - 11%. Если бы я его не локализовал, то вместо $360 за полгода (что нормально), было бы $70 (негусто).

( Читать дальше )

Время от времени, когда в лабе нечего делать, я посылаю брату по e-mail или Skype ссылки на всякую заинтересовавшую меня ерунду. Он их обычно игнорирует или спрашивает, почему я не размещаю это в блоге, который неделями простаивает пустым. Поэтому сегодня будет история об Ильиче. Начну с пространной цитаты:

Б. З. Букчина Об одном негласном орфографическом исключении

[…] Речь пойдет об одном не зарегистрированном "Правилами русской орфографии и пунктуации" (1956 г.) исключении, неукоснительно соблюдающемся нашей послушной печатью в течение почти 40 лет. Такое массовое соблюдение не зарегистрированного "Правилами..." исключения на фоне не менее массового несоблюдения зарегистрированных правил и исключений по меньшей мере удивляет. Понятно, что орфография – это норма письменной речи для всех пишущих. Д. Н. Ушаков настаивал: "Правописание, чтобы быть общим, не может допускать писать "как угодно". Тем более сейчас, когда с 1956 г. существует единый Свод орфографических правил, вcе пункты которого обязательны для всех пишущих. Обратим внимание: все пункты, но не больше, чем все... куда уж больше?!

Так вот, оказывается, есть куда больше. "Правила..." (§ 4, п.1.5 однозначно рекомендуют в окончаниях имен существительных после шипящих писать под ударением о, в безударном же положении - е (т.е. ножом, шалашом, плечом, плащом, Фомичом, Кузьмичом, но: сторожем, товарищем, Саввичем, Фокичем). Так, в общем и пишут или стараются писать. Кроме одного случая: Владимиром Ильичём Лениным. Это и есть то самое исключение, не зарегистрированное Сводом, но прочно "зарегистрированное" в сознании советского человека.

А история вопроса такова. ( Читать дальше )